системный алюминиевый профиль;cialis com;criminal records;drug lookup;my canadian pharcharmy online



Горное ассорти




Угольная промышленностьСеверного Сахалина в годы революции, гражданской войны и японской оккупации(1917-1925 гг.)



Второго марта 1917 г. сахалинской радиостанцией была получена телеграмма об отречении Николая II. Россия, а вместе с ней и Северный Сахалин, вступили в новую историческую эпоху. Отмечу, что Февральская и Октябрьская революции, внесли свои коррективы в развитие сахалинской угольной промышленности. 23 мая 1918 г. было отменено распоряжение Приамурского генерал-губернатора от 1911 г. о введении на Сахалине 20 верстной запретной полосы. Однако 6-верстная запретная полоса, введенная ещё в 1907 г., остается. С отменой 20 верстной полосы, развитие промышленности вступает в новую фазу. Во вновь открытую для частного промысла территорию устремляется масса предприимчивых людей и поступает много заявлений о разведке полезных ископаемых. После основательных разведок промышленники стали подавать многочисленные заявления о предоставлении им отводов. Чтобы иметь возможность удовлетворить все эти заявки, горный инженер Сахалина вынужден был прикомандировать к своей канцелярии 4-х отводчиков. Несмотря на революционные события, количество угольных предприятий острова не только не сократилось, но и наоборот, расширилось. В 1917 г. промышленник В.А. Кузнецов получил от Осотопа ссуду в размере 400 тысяч рублей на развитие угольного дела и приступил к созданию рудника у Агнево. В том же году среди местных жителей при участии интеллигентных сил поста Александровского изучался вопрос о более рациональном использовании казенных каменноугольных Александровских копей. Поводом к его обсуждению послужило то обстоятельство, что Александровские рудники были оставлены почти без всякого надзора и использовались местными жителями с целью добычи топлива без определенной системы. Всякий копал уголь там, где это находил почему-либо для себя удобным, нисколько не заботясь о том, что деятельность эта служит препятствием для будущей более рациональной добычи угля. Кроме того, застой в промышленной жизни, наблюдавшийся в то время в Александровске и большая потребность в угле со стороны Владивостока пробудили некоторых лиц вышеуказанные рассуждения, так или иначе, воплотить в дело. И вот, группой в 36 человек была образована Первая на острове Сахалине артель на паях. Устав артели был представлен на утверждение вице-губернатора Сахалинской области Ф.Ф. Бунге. Вице-губернатор, зная о целях и предложениях артели, отнесся к возникновению её весьма сочувственно. Устав без всяких задержек был утвержден губернатором 28 февраля 1917 года. С этого времени артель стала пользоваться всеми правами юридических лиц, представленными российскими законами и уставом артели. Согласно устава, артель имела своей целью совершенствование сельского хозяйства и участие в горной и других промышленностях на Сахалине. Однако артель была вправе открывать свои отделения и в других местах Российской империи. Тот час же по возникновении и приобретении прав юридического лица артель вступила в предварительные переговоры с Хабаровским горным правлением в лице его представителя на Сахалине окружным горным инженером о представлении ей арендных прав на казенный Александровский рудник и поставила в известность о начатых переговорах Приамурского генерал-губернатора. Затем горное правление и краевой комиссар Временного правительства обратились по данному вопросу в министерство торговли и промышленности. Министр промышленности и торговли дал свое согласие на предоставление артели арендных прав только на один отвод казенных Александровских рудников. Горный инженер П.И. Полевой получил указание выделить артели участок, определить минимум годовой добычи и выработать другие условия пользования отводом, что было исполнено Полевым и оформлено 5 октября 1917 г. В этот день Полевой, действуя, как представитель горного департамента в Петрограде, заключил с артелью предварительный договор. В силу этого договора артели было предоставлено право арендного пользования отводом казенных Александровских рудников в указанных по договору границах, а также предоставлено право, до заключения окончательного договора, разрабатывать уголь в отведенном отводе на определенных в договоре условиях в пределах потребности местного населения. С осени 1917 г. согласно 2 договора артель приступила к добыче угля на втором Александровском руднике в размерах, не превышающих действительное потребление угля местным населением. Только за первый год аренды артелью было добыто и продано более 250 тысяч пудов угля. Как отмечал Сахалинский горный инженер И.К. Ольшевский дела артели блестящи, а энергия, проявленная ею, дает уверенность, что артель скоро станет серьезным промышленным предприятием с миллионной годичной добычей. К тому времени членов артели было уже более 200 человек, что при 5-6 тысячах населения русского Сахалина (около 1500 семей), составляло почти 12 процентов всех хозяйств острова. Членами артели была большая часть жителей Александровска и много лиц из остальных частей Сахалина. Для работы на руднике горнорабочая артель нанимала иностранных (китайских) рабочих, но иногда в экстренных случаях, как, например, при погрузке угля в штормовую погоду являющейся трудной и опасной, но необходимой, если у парохода топливо на исходе, многие члены артели участвовали в работе личным трудом. К концу 1917 г. складочный капитал артели не превышал 10 тыс. руб., а между тем оборудование рудников, запасы материалов, орудия производства и добытый продукт оценивались не менее как в 35-40 тысяч рублей. Кроме подачи заявок на разработку новых месторождений и организации новых предприятий, сахалинские углепромышленники принимали меры к механизации производственных процессов при вывозке угля с шахт к пунктам транспортировки. Так, в 1918 г. на руднике Эриксона и Лильге была установлена подвесная дорога системы Отто завода И. Полинг. Длина её составила 5 верст и 300 сажен, а канат дороги покоился на 96 деревянных фермах. Вагонетки были железные, самоопрокидывающиеся, с автоматической прицепкой и отцепкой, емкостью 0,5 тонны. Дорога успешно функционировала с мая по октябрь, приостанавливая работу в зимние месяцы, ибо на сахалинском морозе замерзала смазка на роликах, к тому же осложняли её работу снежные заносы. В это время повышенный интерес к сахалинским угольным месторождениям стали проявлять японские компании. В 1918-1919 гг. для исследования и разведки угольных залежей Северного Сахалина ими было послано несколько геологических экспедиций. В 1918 г. фирмой Кухара была отправлена геологоразведочная экспедиция под руководством геолога Кусакабе. В телеграмме колчаковского посланника в Токио Крупенского от 19 марта 1919 г. говориться о том, что японская фирма Мицубиси решила послать на северный Сахалин судно с 30 инженерами и 170 рабочими для исследования каменноугольных копей. Геологи и инженеры фирмы Мицубиси осмотрели все рудники и вели съёмки и исследования в районе Александровки и Агнево по заявкам товарищества Иван Стахеев. Возглавлял экспедицию вице-директор геологического комитета Японии Кобаяси Гиитиро. Под его руководством работали геологи Бинимура, Икагами, Исида и Оода. Главным доступным результатом работы этой экспедиции является карта района в масштабе 1: 24000 с нанесением встреченных выходов угля. После прихода к власти на Северном Сахалине представителей Правительства А.В. Колчака, японцы стали усиленно требовать предоставления им исключительных прав на разработку сахалинского угля. Российский посланник в Токио Крупенский недвусмысленно заявил, что получение японцам концессий на Северном Сахалине должно быть поставлено в прямую зависимость от решения вопроса о получении материальной помощи от Японии. И, тем не менее, на многочисленные просьбы японцев о предоставлении им монополии на разработку сахалинских каменноугольных залежей представители колчаковского правительства ответили отказом. Дело в том, что Верховный правитель адмирал А.В. Колчак не скрывал своей антипатии к Японии, а его министр иностранных дел И.И. Сукин демонстративно проводил политику сближения с соперницей Японии Америкой. 28 марта 1919 г. последний заявил, что отдача концессий в руки Японии на основах экономической привилегии по многим соображениям нежелательна. Получение столь ценной концессии могло бы послужить сигналом к требованию равноценных компенсаций за оказанные услуги со стороны других. Интересующие Японию копи богаты высокими сортами угля, потребными при выделке стали. Таким образом, приобретение копей могло бы освободить Японию от зависимости, в которой она находится в отношении стали от Англии и Америки, что, несомненно, повлекло бы за собой серьёзное недовольство со стороны последних. Поэтому Совет министров решил придерживаться принципа одинаковых возможностей и свободной конкуренции. По отношению к данному случаю поступили уже заявления со стороны английских предпринимателей фирмы Стахеева, куда войдут, очевидно, американские капиталы. Поэтому передача концессий только одной Японии нежелательна. Верховный уполномоченный на Дальнем Востоке генерал Д.Л. Хорват в своей телеграмме от 29 марта 1919 г. заявил, что самое большее, что можно предоставить японцам на Сахалине, это угольные концессии, но не в ближайшем к порту районе и при том при условии участия не свыше 50 процентов. На этих условиях японцы участвуют в предприятиях в Китае, и я полагаю, что нам в деле ограничения своих прав идти дальше китайцев не следует. Поэтому порт и ближайшие к нему угольные площади должны остаться в руках русского Правительства, как средство регулирования цен и противодействия стачкам и синдикатам углепромышленников. Таким образом, колчаковская администрация стремилась не допустить японского экономического господства в русской части острова, провозгласив принцип открытых дверей - свободной конкуренции между японским, американским и английским капиталом. После революции коренным образом меняется положение рабочих в горной промышленности. В апреле 1917 г. избранное на митинге рабочих поста Александровского Рабочее бюро, фактически выполняющее функции профсоюза, установило минимальную поденную заработную плату для рабочих и ремесленников. Так, забойщик должен был получать не менее 3,25 рублей в день, отгребщик - 2,25 руб., откатчик - 2,25 руб., крепильщик - 3,5 руб., горный десятник - 3,5 рубля. Более того, было высказано пожелание принимать на работу преимущественно русских рабочих, а десятников китайской национальности заменить на русских в безусловном порядке. На заседании от 6 мая 1917 г. Совет рабочих и солдатских депутатов постановил обязать владельцев угольных копей на Северном Сахалине в кратчайший срок построить на рудниках для своих рабочих соответствующие бани. В апреле 1920 г. Северный Сахалин был оккупирован японскими войсками, и сахалинская каменноугольная промышленность вскоре почувствовала тяжелую руку друзей русского народа. Первым недружественным шагом японского военного командования было отстранение от службы Сахалинского горного инженера, состоявшееся 25 августа 1920 года. Через пять дней после этого (30 августа) японским военно-административным управлением (ВАУ) был издан приказ № 19 О надзоре за горными промыслами. Согласно 4 данного приказа, владельцам шахт было запрещено начинать добычу угля, если к моменту оккупации рудник не работал. Согласно этому же приказу был прекращен приём прошений о приобретении прав на горный промысел, а лица, уже имеющие такие права, обязаны были представить не позже 31 октября 1920 г. начальнику ВАУ заявления о своих правах с приложением соответствующих документов. Передача прав на горный промысел другим лицам была запрещена. Таким образом, русские горнопромышленники лишались возможности распоряжаться своим имуществом. 14 сентября того же года японской администрацией было введено правило, которое обязывало владельцев рудников получить разрешение на вывоз угля с Сахалина. Был установлен и максимальный размер вывоза 50 тонн. Таким образом, было введено ограничение права промышленников распоряжаться добытым углём. Это привело к тому, что несколько из посланных горнопромышленниками пароходов вернулись в порты приписки, не получив угля, что причинило хозяевам рудников значительные убытки. Ограничение прав русских горнопромышленников повлекло за собой резкое сокращение угледобычи и торговли углём. Русские предприятия одно за другим вынуждены были закрываться или продавать своё имущество японским фирмам за бесценок. 22 сентября 1920 г. Первая Сахалинская артель на паях получила от ВАУ Японского Императорского Правительства следующее послание: Первой на острове Сахалине артели на паях. Приведение в действие права на горный промысел в Александровском руднике совсем прекращается. Таким образом, разработка Александровского угольного месторождения Первой на о. Сахалине артелью на паях была запрещена без объяснения причин, и принадлежавшие ей каменноугольные копи, рудничные постройки, машины, инвентарь и часть выработанного угля в количестве 1000 тонн, составлявшие частную собственность артели, были переданы для эксплуатации компании из мелких японских предпринимателей, которым были переданы во временное пользование и необходимый инвентарь, и имущество артели без согласия на то последней. Японские арендаторы хищнически выработали все, что можно было взять и, в конце концов, отказались от аренды ввиду её невыгодности. Пользуясь затруднительным положением сахалинских горнопромышленников, японские фирмы в период с 1920 по 1922 гг. старались войти в соглашение с русскими предпринимателями на предмет покупки у них предприятий. Такие предложения были сделаны И. Стахееву, Ю. Бринеру и фирме Кунст и Альберс. Единственным согласившимся был И. Стахеев, который в 1920 г. заключил соглашение с фирмой Мицубиси Гооси Кайся и на половинных началах организовал Северно-Сахалинский каменноугольный Синдикат для разработки рудника у мыса Рогатый. Только путём необычайных трудностей и напряжения всех ресурсов и благодаря близости к Александровску, давшей возможность продажи угля городским потребителям, удалось сохранить самостоятельность Сахалинскому углепромышленному товариществу Эриксон и Лильге, которому 20 мая 1920 г. были переданы отводы Дуйско-Невельского рудника (Половинка). Более или менее устойчиво и твердо стояло на ногах предприятие А. Даттана Мгачинские каменноугольные копи. 16 сентября 1921 г. Временное Приморское Горное Управление утвердило за А. Даттаном те отводы, которые были приобретены им с торгов в 1911 году. В 1923 г. Даттан передал свои права на рудники фирме Кунст и Альберс. Сохранил самостоятельность и Агневский рудник В.А. Кузнецова. Однако в 1922 г. Кузнецов отдал свои Угоровские рудники в руки японской компании Ориенталь Синдикат Агнево Танко. Пайщиками синдиката являлись японцы Сакай Токадо 30 паев, Инуэ Сенти 11 паев, Нисимура Рисаку 20 паев, Уэда Дзеки 20 паев, Суэцугу Туритаро 9 паев. Кузнецов сохранил за собой 10 паев. По заключенному соглашению, синдикат обязывался уплатить 40000 иен долгов Кузнецова, а последний должен был ежемесячно получать 1000 иен жалования и 50 процентов прибылей фирмы. Однако это соглашение японцами выполнено не было. Попытки Кузнецова расторгнуть договор в японском суде успеха не имели. В годы эксплуатации Агневского месторождения синдикатом на руднике разрабатывалось 4 пласта. От рудника к пристани была проложена дековилька длиной 2 версты. Для перевозки угля имелось 30 вагонеток емкостью в 1 тонну. Тяга их осуществлялась паровозом мощностью в 8 л.с. Исходя из вышеизложенного, можно сделать вывод о том, что японские власти создали все условия для обеспечения японских промышленников богатыми угольными участками. За период с 1920 по 1925 гг. японскими фирмами на Северном Сахалине было добыто 16952761 пудов угля и остальными предприятиями 2732930 пудов, то есть японцами было добыто около 86 процентов всей добычи. Однако в скором времени власти пошли на некоторое послабление жестких ограничений. 1 июля 1922 г. Приказом ВАУ № 17 было разрешено работать тем предприятиям, которые были закрыты приказом от 30 августа 1920 года. В силу приказа начали работы рудник Петровского и рудник Никлевича. Тем не менее, цены на каменный уголь продолжали оставаться достаточно высокими. Так, в 1924-25 гг. цена тонны угля составляла: для рудника Мгачи 7,58 иен, Эриксона 5-7, Петровского 8-10, Никлевича 5-6, Дуэ 15, Агнево 10, Рогатого 11 иен. Сохранению высоких цен на уголь способствовало то обстоятельство, что с 1922 г. вывоз угля с острова был разрешен в неограниченных количествах. Разумеется, предприниматели поспешили воспользоваться столь любезно предоставленным разрешением, и кривая экспорта топлива резко поползла вверх. Надо сказать, что в период оккупации северной части острова японские фирмы не только захватывали самые богатые рудники, но и растаскивали частное имущество. Так, после года эксплуатации Александровский рудник оказался опустошенным: штольни завалены, инвентарь разграблен, жилые помещения уничтожены. Японцы выбирали лучшие пласты, уродовали выработки. Никакими техническими усовершенствованиями разрабатываемые японцами рудники не были оборудованы. Работы производились в высшей степени примитивно, исключительно мускульным трудом рабочих. Поэтому в период оккупации средняя производительность труда рабочего на Сахалине, учитывая всех находящихся под землёй и на поверхности, выражалась в 0,5 тонны на человека. На подземного рабочего приходилось от 1 до 2 тонн в сутки. Отбойка угля производилась кайлами, что при его мягкости давало большой процент мелочи, весьма неудобной для нагрузки. Необходимо отметить, что за всё время оккупации японцы не приняли ни одной заявки, не выдали ни одного дозволительного свидетельства и не произвели ни одного отвода по заявкам, сделанным до оккупации. Исключение было сделано лишь для Ивана Стахеева, которому были заново перемежеваны отводы, документы на которые погибли в Николаевске-на-Амуре в 1920 г. во время Николаевского инцидента. Особо следует подчеркнуть то обстоятельство, что закрытие многих каменноугольных предприятий Северного Сахалина привело к резкому увеличению безработицы среди русских шахтёров. К моменту окончания оккупации на предприятиях угольной отрасли работало 889 человек. Из них 717 китайцев, 13 корейцев, и 103 японца. Русских было всего 53 человека. Таким образом, на работах в шахтах в основном использовался труд китайских рабочих. Условия их содержания не отвечали никаким санитарно-гигиеническим нормам. Они жили в грязных бараках и казармах с двухъярусными нарами, предназначенных на слом по своей ветхости. Расчёты с рабочими велись через подрядчиков, которые получали 10 процентов с заработка рабочего. Причем китайцы нередко избивали подрядчика за приписывание стоимости продуктов и пр. Забойщики получали 50-60 копеек с вагонетки угля, что составляло от 1,5 до 2,5 иен на тонну угля. При подготовительных работах за погонную сажень уплачивалось от 16 до 50 иен. Средний заработок угольного рабочего составлял 1,5-2,3 иены в день. Ремонтные рабочие получали 60 иен в месяц, мастеровые 75-80 иен. Подводя итог всему вышесказанному, следует отметить, что в годы революции и гражданской войны революционный хаос не коснулся угольной промышленности Северного Сахалина. Более того, в этот период промышленникам выделялись дополнительные отводы, на острове появлялись новые угольные предприятия, несколько улучшилось социальное положение горняков. В это время повышенный интерес к сахалинскому углю начали проявлять японцы. Ряд посланных ими экспедиций подтвердил наличие на острове гигантских залежей каменного угля. Японцы начали требовать от Сибирского правительства предоставления им исключительных прав на разработку островного угля, однако успеха не добились. После оккупации Северного Сахалина японскими войсками, оккупационные власти стали проводить целенаправленную политику по ликвидации русских угольных фирм и передаче рудников во владение японским компаниям. Предпринимались попытки организации совместных русско-японских товариществ, однако на такие сделки соглашались очень немногие промышленники. Политика японцев привела к закрытию многих рудников, массовой безработице среди русских шахтеров, скачку цен на уголь. Осташев А.Е.

Куплю светильник шахтный головной, фонарь шахтерский



Куплю, Продам-СГД-5, СГД Источник, светильник шахтный головной, фонарь шахтерский, светильник шахтный головной взрывозащищенный, фонари аккумуляторные, светильники аккумуляторные, фонари головные, светильники головные, СГГ-5, светильник шахтный головной с герметичной батареей, светильник шахтный головной доливной, светильник шахтный головной аккумуляторный, горно-шахтное оборудование, фонари для коногонки, фонари аккумуляторные взрывозащищенные, СГВ-2, СГВА-2, фонари взывозащищенные для нефтехимии, ФЖА, АБЗС, светильник железнодорожника, фонарь железнодорожника, светильник железнодорожника аккумуляторный, фонарь железнодорожника аккумуляторный, светильник железнодорожника АБЗС, фонарь железнодорожника АБЗС, светильник железнодорожника аккумуляторный ФЖА, фонарь железнодорожника аккумуляторный ФЖА, ИЗУ, индивидуальное зарядное устройство для фонарей шахтерских, индивидуальное зарядное устройство для фонарей железнодорожных, зарядное устройство для фонарей СГД, ФЖА, АБЗС Филиал в г. Великий Новгород ул. Великая, 20, офис 46 контактный телефон (816-2) 33-51-34, 94-80-40, тел./факс (816-2) 94-80-41 E-mail:transсom@mail.natm.ru Головная организация: г. Кемерово, ул. Ленина, 137 р/счет 40702810626020101469 в Кемеровском ОСБ 8615 кор/счет 30101810200000000612 ИНН 4206032620 БИК 043207612 ОКОНХ 71100 ОКПО 3667757 Контактная информация

"Евразруда" начала добычу руды на новом горизонте карьера "Южный"



Новость предоставлена порталом горной промышленности России

Вчера, 27 мая, комиссия, занимающаяся расследованием аварии на шахте «Юбилейная», обследовала аварийные участки взрыва. В состав комиссии помимо специалистов Ростехнадзора входят: генеральный директор УК «ОАО «Южкузбассуголь» Георгий Лаврик, представители



Новость предоставлена порталом горной промышленности России


np21921.htmlnp21922.htmlnp21923.htmlnp21924.htmlnp21925.htmlnp21926.htmlnp21927.htmlnp21928.htmlnp21929.htmlnp21930.htmlnp21931.htmlnp21932.htmlnp21933.htmlnp21934.htmlnp21935.htmlnp21936.htmlnp21937.htmlnp21938.htmlnp21939.htmlnp21940.htmlnp21941.htmlnp21942.htmlnp21943.htmlnp21944.htmlnp21945.htmlnp21946.htmlnp21947.htmlnp21948.htmlnp21949.htmlnp21950.htmlnp21951.htmlnp21952.htmlnp21953.htmlnp21954.htmlnp21955.htmlnp21956.htmlnp21957.htmlnp21958.htmlnp21959.htmlnp21960.html